?

Log in

Jun. 1st, 2016

и ничего я не разучилась плакать, а так хотелось. весна была чудесной настолько, что страшно. такого глубокого чувства я еще никогда и ни к кому не испытывала, но из-за моей чертовой кармы не того времени и не того года вся эта глубокая и всеохватывающая нежность и теплота обрушивается на тебя лавиной, к которой ты не готов. и я сдерживаю ее сутками напролет, но она иногда предательски пробирается ледяными червяками через глазные яблоки и, оставляя след, тает на щеках. решительно не хочу быть слабой и в то же время иногда немного нерешительно хочу, отчего очень злюсь на себя. ощущаю, что стала сдержанней и мудрее, но все еще недостаточно. легко не будет. но знаю, что оно того стоит. иначе -- зачем?

снег в конце апреля

снег в конце апреля и момент, который невозможно остановить. и ничего больше не имеет смысла, как и имеет, и сам смысл -- всего лишь слово из пяти букв, которые по сути только знаки из линий, коротких как ночь, когда засыпаешь после сложного дня; коротких как сон в быструю фазу; как чувства, которые обещают; как дорога в место, где тебя не ждут; как расстояние от твоей до моей руки и от сердца до сердца, если бы все было по-другому,
если бы все было не так, как...

растворись
стань звуком
светом
всем
и ничем
.

ну и?

люди жгут листья
в сёлах
ты только не злись, я
снова
сделалась легче ветра
не удержал
...
мягкое сердце
(как будто из фетра)
пронзают тысячи жал
...
я думала, что приснилось,
но сми
зимы, говорят, не будет -
сожгли

ну и?

стекла в море

в какой-то момент все пошло наперекосяк. и целый город постепенно стал исписан моим именем, только все буквы в нем были другими, и в каждой читался упрек.

попытка жить дальше получила сомнительное вознаграждение, и прочитать об этом мог любой случайный прохожий. при этом каждому из них вовсе необязательно было понимать, чтобы мне становилось больнее (лишь бы мне становилось больнее).

призраки прошлого отбрасывают слишком мрачные тени, и мой свет не ярче. но зато точно сильнее. горит.

как море превращает стекла из тех, что впиваются в кожу и выпускают кровь наружу, в те, которые дети называют сокровищами и прижимают к сердцу, так и время сотрет весь смысл из лишних слов, а потом и сами слова, и все потускнеет, кроме того, во что ты веришь. если ты все еще веришь.

все мы иногда становимся словами на губах других людей, и только когда эти люди  —  ближе и важнее всех морей, времен и сокровищ, и когда мы сжимаем их руки в своих и не боимся порезов, только тогда “это оно”.

а все остальное теряет смысл, хотя и не перестает существовать. никогда не перестает.

who wants a puppy

счастье может не значить ровным счетом ничего, если не с кем его разделить. а быть рядом -- еще не то же самое, что быть вместе, как, собственно, и быть вместе еще не значит быть рядом. как часто меня не слышит кто-то, стоящий рядом? на секунды задумываюсь, прежде чем открыть рот, и все мои мысли становятся десятками щенков с зообазарчика, где каждый хочет, чтобы выбрали именно его и забрали в теплый и любящий дом, и потому впиваются взглядом так мило и сильно, насколько это возможно, ну давай же, я сейчас важнее всех остальных, и сердце покалывает, а потом выбор падает на того с черным пятнышком на глазу. начинаю говорить, но ничего не происходит. я и щенок остаемся вдвоем, и я отпускаю его назад к братьям и сестрам.

я очень часто задаюсь вопросом, что со мной не так. наверное, помимо много прочего, -- это то, что я сравниваю мысли с щенками в коробке. с щенками, которых хочется отдать только в хорошие руки.

помнить

- значит, о тебе кто-то вспоминает, - киваю с улыбкой, но продолжаю икать.

эта связь всегда мне казалась странной, как и количество способов, с помощью которых от икотки можно избавиться. я перепробовала все, что вспомнила: набирала в рот воздух и не дышала / просила сестру меня напугать / подымала руки вверх / не пугалась / продолжала икать. но один способ все-таки сработал: достаточно было соединить руки в замок за спиной, развести пошире лопатки, и в таком положении выпить воды. мне бы действительно очень хотелось, чтобы некоторые воспоминания сжимались в замке ладоней за спиной, рассыпались где-то между лопаток и окончательно растворялись с глотком воды. но не работает, я пробовала. икота - это всего лишь икота, да?

в этом мире мы удивляемся вежливости ночного таксиста, смотрим в экраны чаще, чем в лица, и не знаем, что будет дальше. но дальше - человек, у которого я могла уснуть на плече когда-то, делает вид, что меня и вовсе не встречал. видимо, обозналась.

но иногда все равно икается.

затаить дыхание / собрать себя в замок

ты только не бойся.

заметка из клуба

ночной клуб, время за полночь. шумно и тесно. ну ладно, не так уж и тесно, и моя на-самом-деле-не-такая-уж-и клаустрофобия сомневается в резонности просыпаться. но действительно очень шумно, а как же еще. звуки из колонок заглушают лишние мысли, а вовремя пущенные клубы дыма - и лишних людей. я остаюсь одна (уже не совсем. ко мне подсаживается мальчик лет 19ти и шепчет на ухо что-то о своей работе). клуб - наверное, не самое подходящее место, чтобы остаться наедине, но ведь легче всего потеряться именно в толпе. биты отпечатываются в грудной клетке, слова мальчика превращаются в шум, а легкие заполняет запах сладкого табака, который в любой другой обстановке был бы мне противен. закрываю глаза в попытке растворить в рассеянных цветных лучах комплект сомнений и страхов. клаустрофобия растворилась без лишней помощи. и мальчик тоже.

все вокруг танцуют, смотря вокруг и никуда конкретно: взгляд, ищущий подругу в толпе, вперемешку со взглядом, устремленным прямо к диджейскому пульту, и все это под соусом из взгляда мужчины у барной стойки в поисках напитка покрепче и любви подешевле.

раскрепощенные, расслабленные, улыбающиеся, пьяные. скучающие, смущающиеся, одинокие. пишущие в телефон заметку, которая не поместится в смс.

а под ногами все эти трубочки от коктейлей с отпечатками чьих-то губ и надежд на пятничный вечер.


заряжай обойму, пали не глядя.
у меня от пуль - никого.
я сказала, что мне от тебя ничего не надо
задолго до.

заряжай свои гласные и немые,
преврати меня в книгу,
стань фолиантом сам.
мне слова всегда будут и были
ближе касаний,
больнее любых ассан.

расскажи всем историю,
рассмеши их:
мол, тебе ничего не стоило,
раз - и стих.

два - и рассказ,
слезливый талмуд.
только, конечно, они ничего не поймут.

подумаешь, птичка отбилась от стаи
- это ли повод ее искать?

распереживаются, покивают,
забудут - и молча улягутся спать.

сливы с солью

иногда я разрешаю себе забывать обо всем и думать, что все, чего мне не хватает для счастья, -- это темно-сливовая помада. иногда я иду с друзьями пить кофе в уютной кофейне, а все заканчивается в баре. иногда на вопрос о возрасте я отвечаю минутным ступором, потому что действительно пытаюсь вспомнить, сколько же мне лет. но разве это главное.

некоторые девочки щелкают семечки на скамейках, а потом заходят в маршрутку, и возле них становится очень сложно сидеть. когда-то я дружила с такими. может быть, я даже когда-то была такой. но все же надеюсь, что нет.

некоторые девочки плачут от умиления при виде фотографии маленького разового поросенка, а потом допивают свой бокал темного и выходят покурить. можно многое узнать о человеке, если захотеть открыться ему в ответ.

прогноз погоды обещал дождь на целый день, но меня разбудил солнечный свет. стоит ли это слез умиления? чего вообще стоят слезы? может быть, град в начале апреля -- это тот самый повод? или ты. ты тоже подходишь, чтобы облизать губы и уловить соленый привкус.

в итоге слезу из правого глаза безропотно ворует закатное солнце, слепящее меня настолько, что остается только улыбаться, стоя под зонтом, и слушать саундтрек, заигравший в голове прямо в ту самую секунду. эта весна совсем не похожа на предыдущую, и мне нравится быть в ней. нравится запрокидвать голову после пятиминутного дождя, начавшегося в ту секунду, как я вышла из подъезда, и закончившегося, как только я дошла до оcтановки, и ловить радугу, но поймать маршрутку. нравится. еще бы темно-сливовую помаду.

а теперь не смотри

дни смешались в один,
я пою тебе гимн,
и стучу в твою дверь,
что потеря потерь -
весна, проведенная дома.

дни смешались в один,
мы с тобой говорим
словами. и без
единого слова.

мы становимся тише
на терцию,
хотя хочется ближе
и точка.
я раздеваюсь до самого
неспокойного сердца,
снимая все лишнее
выверено и точно.

только ты не смотри.

до весны - полчаса,
до тебя - один шаг.
раз-два-три
на старт:
с разбега и натощак
я погружаюсь в март.
каким-то удивительным образом случается так, что мне приходится писать полугодовалые отчеты один за другим.
как будто за ними скрывается не по 180 дней, а всего по паре недель.



на этот раз отчетов будет два. или один, но в двух (как всегда до невозможности затянутых) частях.
часть #1 -- зимавесна "14Collapse )
22.

мне осталось меньше месяца отвечать на вопрос о возрасте именно это. двадцать два. два плюс два. четыре? этот год был странным и, наверное, очень важным. трудности ведь делают нас сильнее, если мы выживаем. в 2014-м мне делали больно, мне делали страшно, меня обнимали, целовали и говорили, что хотят меня любить. меня звали куда-то уехать, сходить, приглашали остаться надолго и просили исчезнуть навсегда. впервые я получила визу, спланировала недельное путешествие, ехала в автобусе больше 16-ти часов подряд и летела на самолете всего два, но тоже впервые. я была в девяти городах и двух странах, не считая своей родной. я держала за руку. я обнимала. я фотографировала, писала и рисовала. я начала вести инстаграмм, и стала больше замечать прекрасное в мелочах. защитила диплом, закончила университет и заново убедилась, что все это - невероятные мелочи. я много говорила и слушала. я плакала. принимала неправильные решения. делала выводы. я купила новый пленочный фотоаппарат, но стала меньше снимать. на меня кричали, мне шептали на ухо, на меня молча смотрели. я обрезала волосы так коротко, как не стриглась с тех пор, как мне было 7 лет. ни разу не пожалела о том, что обрезала волосы. прожила без горячей воды дома три месяца. я радовалась, грустила и в некоторые ночи была красивой и пьяной. я танцевала, встречала рассветы, мочила руки в море в январе, а ноги - в речке в мае. я скучала, отправляла письма и иногда получала ответы. искала работу, но в итоге она меня нашла сама. мне хочется стереть некоторые дни уходящего года из памяти навсегда так же, как мне не хочется ни за что забывать некоторые другие. я оставалась и уходила. а еще иногда переставала верить в себя. всего и не вспомнишь, но хочется быть счастливой. навсегда. пожалуй, это и загадаю. до встречи. 

туман

туман на завтрак ест наш любимый город,
глотая улицы целиком.
ты смотришь в упор
- так,
будто ищешь повод
стать на вечер седеющим стариком.

в моем доме нет света
во всех квартирах.
отключен надолго за то,
что растратили по пустякам

ты - в пиджаке,
он - любим и застиран;
и я - в темно-зеленом пальто,
смотрим сквозь темноту и туман

на меркнущий город, и в нем пустом
остаются лишь чувства,
без света и стен.
в пиджаке и пальто лежим под мостом,
съел бы и нас пусть
туман насовсем.

к себе / от себя

в прошлую субботу я снова была в том книжном,
который мы с тобой мечтали купить, чтобы продавать там только самые лучшие книги.
знаешь, никогда раньше я не была в нем без тебя.

и в этот раз, толкнув дверь по ошибке от себя,
я тут же представила, как громко ты рассмеялся бы.

до этого момента мне казалось, что мои руки разучились дрожать.

я вошла в зал,
и, проходя стеллажи, которые становились сначала километровыми, а потом - и вовсе нескончаемыми,
изо всех сил пыталась прочитать название хотя бы одной книги целиком,
но не могла
избавиться от ощущения, что все глаза с обложек и работники магазина пристально смотрели на меня,
придумывая все больше вариантов ответов, почему в этот раз она_пришла_одна.
я понимала, что эта болезненно разрастающаяся паранойя теснилась только в моей голове,
но от этого становилось только невозможнее сбежать.

смотря в пол, я быстрыми шагами вышла на улицу,
следом за мной выбежал охранник.
оказалось, что по дороге я выронила перчатки,
хотя была уверена, что вышла оттуда без
сердца.

Aug. 26th, 2014

ирония молодости - это пленящее ощущение свободы. оно всегда желанное и потому от него не хочется избавляться, ему хочется поддаваться и уступать. это ощущение подкашивает ноги, и заставляет сердце биться чаще. мы ничего не имеем против, потому что невозможно устоять перед этой сладкой слабостью. ощущать независимость от любых условностей, набирать полные легкие свежего воздуха и дышать сквозь улыбку, от которой сводит скулы и покалывает в животе. когда лишние мысли не находят места в голове и отправляются по делам, оставляя нас в покое. и мы ложимся на теплый асфальт, какой бывает только летом, и не думаем о машинах, о людях вокруг или о том, что дома надолго нет горячей воды, чтобы вымыть из волос запах десятков шин. не думаем о том, что завтра на работе в рубашке не будет расстегнутых пуговиц, о том, что нужно не забыть заплатить за квартиру до конца недели. мы ложимся на него просто потому, что хотим этого, и на самом-то деле ничего_нас_не_сдерживает. сегодня мы молоды, и единственное, что прочно пленит нас - это ощущение свободы.
какого это,
быть потерянной в двадцать два?
не иметь ничего такого,
не значить.
в коробке от кед
не оказалось дна -
я храню в ней любовь
и конфеты на сдачу.

еще немного - и мне
не останется, чем дышать:
любовь требует мой кислород
и хотя бы левое легкое.
я ее отпускаю, но ей
тоже некуда убежать,
кроме как до твоей остановки.
она прячется в мой живот
неспокойная. крутится там,
                                            терзает

из бесплатного таксофона я вызываю
скорую,
но приезжает такси.
и в ста метрах от твоего дома
врач за рулем диагностирует:
"ее не спасти",
давя, что есть силы, на газ.

а я до сих пор не узнала,
кого из нас.

69 томов

жара выбивает из меня любые остатки сил, выворачивает, вытряхивает, складывает пополам снова и снова, и отпускает лететь с двухсотого этажа. я чувствую себя в состоянии беспрерывного падения, словно в ту секунду, когда засыпаю и мозг подает сигналы телу, чтобы убедиться, что  я жива. а я не знаю, что ему ответить. лежу на полу, пытаясь коснуться одновременно каждой частью себя этого лета, этого дня, представить себя в нем гармонично, но у меня не получается. окна и двери настежь, но вокруг - душно и тихо, а грудную клетку словно сдавливает первое издание советской энциклопедии. и почему сбрасывать балласт оказывается всегда тяжелее, чем позволять ему забежать на чай, но я все равно ставлю чайник?

мне иногда хочется совершенных мелочей, которые, возможно, повлияли бы на траекторию падения. но второй год подряд я остаюсь без букета пионов. просто потому что мне негде было их купить для себя.  бывают даже такие секунды, в которые все, о чем я думаю - пожалуйста, позвоните мне просто так.

(самое удивительное, что в эту секунду раздался именно такой звонок).

мне еще есть во что верить.

сон

снег в самый теплый майский вечер,
и все взрывается;
тысячи городов в алфавитном порядке,
вспышками: брюгге. ле-ман. осло. париж.
у меня ладони просвечивают;
но никто не догадывается

до момента, когда ты целуешь меня и молчишь.

н и т ь

в самый первый учебный день в университете нам задали написать сочинение на какую-то абстрактную тему, вроде "кем я вижу себя через надцать лет". я начала и закончила его словами "відкрити очі - заплющити очі". я запомнила это, потому что нам пообещали, что к моменту выпуска мы все обязательно забудем то, что написали в самый первый день студенческой жизни. и мне захотелось не забыть. ребенок, ей-богу. я помню, как проводила время у своей прабабушки, которая, к слову, умерла на мой третий день рождения. и она - мое единственное устойчивое воспоминание из столь раннего возраста. еще я помню, что ты подарил мне в тот день, когда я была хлопковом платье в цветочек, и даже помню, в каком именно платье, учитывая их количество на сегодня в моем шкафу. я помню, почему мы с ней подружились, и как одна фотография "ретро-инсайд" подарила мне прекрасного друга и этот ник в жж. помню, как в детстве дружила с одними мальчиками, потому что легко находила с ними язык и напрочь не помню момента, когда с этим все пошло наперекосяк. я помню один очень странный сладкий запах, но не помню, что им пахло. помню, как год боялась подступиться к папиному зениту. помню, что злилась на себя, когда мне вдруг начал нравится черный цвет, потому что мне казалось, что я не имею на это права. я помню, как стучалась в дверь комнаты, где тебя не стало, и помню каждое слово, произнесенное за час до этого. помню, что ты приснился мне всего однажды за 13 лет, но, черт возьми, я совершенно не помню, о чем был этот сон. я все еще боюсь перестать помнить твое лицо и начать знать его только по фотографиям. но помню глупые смски, сообщения, строчки из песен, фильмов и книг, и, в особенности, из жизни, которая порою еще более нереальна, чем все выдуманное и подписанное автором, о котором наверняка есть статья в википедии. я помню столько всего, что нельзя уместить это ни в одну емкость, спрятать не под одну кровать, взвесить на самых огромных весах. я не знаю зачем. но знаю, что есть воспоминания, которые не хотим отпускать мы, а есть те, которые не отпускают нас.
тут собраны фотографии с восьми пленок, двух камер и шести месяцев.

как некоторые из вас догадались, это тот самый полугодовалый отчет в фотографиях, который я традиционно делаю с опозданием и так же традиционно считаю слишком затянутым. enjoy!




повспоминать лето и осеньCollapse )
у меня насовсем закончились университетские пары и кодак портра, которой и так была всего одна катушка. но зато какая хорошенькая получилась эта пленка за четыре дня. кажется, если очень постараться, то можно услышать гипнотический шум волн и почувствовать этот свежий воздух на кончике носа. морской новый год, и первые минуты 2014 прямо на пирсе посреди моря с ребятами и бенгальскими огнями, искры от которых были одинаково яркими и теплыми.

за прошедший год я так и не разучилась сдерживать слезы в особо трогательные моменты, что доставляет некоторые неудобства не только лично мне.
все больше людей, близких и важных, уезжают, и расстояния, которые в километрах и часах, становятся все более невообразимо долгими. где бы найти подходящий термос, чтобы не растерять все это тепло, которое между нами остается (осталось? останется?)
пожалуйста, не теряйтесь. мне сложно звонить, чтобы не расплакаться

в прошлом году меня все еще дожидаются недописанные отчеты в пленках, дождях и цифрах. и я не знаю, стоит ли все этого того, чтобы заканчивать. как же так
и как мост, подвешенный между ничем и ничем, может, в итоге, привести куда-то.

слишком быстро

на какую из величин стоит поделить год, чтобы понять, с какой скоростью он пролетел и насколько она выше скорости предыдущего?

все так стремительно меняется. книги заканчиваются до того, как успеваю ими насладится до конца, осень наступает сразу после затянувшейся весны, а университет длиться уже пятый год, если верить зачетке, и всего лишь годик - если верить ощущениям. и почему всему прекрасному, вроде концерта любимой группы, от которого подкашиваются коленки, нужно непременно заканчиваться гораздо быстрее чего-то совсем обыденного и простого. и этот сентябрь такой холодный, как будто ждешь в гости семерых гостей, а приходят двое и оба в плохом настроении, и даже немного страшно от того, что ждет дальше. ладошки покалывает и, стоит рукам наконец-то согреться, как троллейбус подъезжает к моей остановке и пора снова на холод. бежать или ждать. вечный бег по кругу, очереди за счастьем/правдой/мечтами, которые сбываются всего на немного реже, чем раз в год но, конечно, только не в кино, потому что в кино сейчас вообще мало кто ходит, если сегодня не восьмое марта или еще какой-то сверхважный праздник мира.

в этом внезапном холоде есть безусловный плюс - твой запах. он, смешанный с осенне-зимним воздухом, звуками вечернего города и чаем из термоса, окутывает и согревает сильнее, чем.

Aug. 21st, 2013

и тут внезапно я поняла, что мое лето не такое уж и плохое, хотя наобзывала я его с лихвой, пару раз даже матюкнулась, что странно, потому что обычно я этого совсем не делаю, и не потому что я вся такая правильная девочка, а просто потому что мне не нравится это делать, как не нравится делать еще много всяких вещей и поступков. они мне не идут почти так же, как джинсы и прочие брюки, от которых я успеваю отвыкать. спасибо за платья, кто бы вы ни были.
как бы смешно это не прозвучало, но мне кажется, я знаю, что у меня есть. и это не то, чем я владею, а то что я чувствую. и то, что чувствуют ко мне. оно светлое и теплое, вкусное, как малина, ежевика, или сладкий виноград, а еще хорошо умеет перерождаться. в урчащих котов в кровати рано утром, в собак, которые облизывают руки и доверяют просто так, в песни, от которых никогда не становится плохо, или, например, в рисунки. на самом деле этим летом я гораздо больше рисую, и даже могу показать вам скетчбук, если вы вдруг попросите, а он окажется у меня с собой. только заметьте, что к нему в придачу обязательно идет фраза о том, что рисовать я не умею, и это правда, что может уберечь вас от культурного шока. зато мне нравится это делать, и пытаться это делать лучше мне нравится, но особенно сильно нравится, когда это получается.

лета осталось совсем чуть-чуть, как раз на допить и выйти из бара. остается все еще понадеяться на послевкусие морской соли во рту и не забыть поточить карандаш.

трагикомедия в 1 акт

я чувствую столько всего,
что для заполнения этим не хватит и всех пустот,
знаешь:
- у меня для тебя что-то важное

- а у меня для тебя - вот:

ты даришь
мне жест "я голоден",
и по часовой трешь живот

- я еле
держу в себе все,
послушай...
это как плен,
если все чувства только внутри меня


ты добавляешь на это всё:
- мне нужно в душ.

и я ощущаю вдруг столько слёз,
что не в силах дышать и слушать:
- что, прости?

- мне нужно в душ.
- а мне... мне нужно в душу.

Aug. 7th, 2013

это мое второе лето без моря подряд, и мне правда кажется, что с рождения и до ранних классов школы в отношениях меня и соленых пляжей все было гораздо более прекрасно и стабильно. ловлю себя на мысли, что я зову тебя со мной куда угодно чаще, чем вообще когда-либо звала кого-то куда-то. при этом в основном я получаю отрицательные покачивания головой, приправленные парой слов, уходящих в неразличимый шепот. не уверена, что это хороший знак. кто станет снова и снова заказывать в ресторане блюдо, которое в первый раз оказалось совершенно невкусным?

чем больше мне нравится покой и уют, тем больше мне хочется сменять вид из окна квартиры на верхнюю полку плацкарта. (официант! мне кажется, предыдущие восемь раз это блюдо было слегка кисловатым, но сегодня я готова еще попробовать.. и я произношу это снова) пожалуйста, давай уедем. мне не на что тратить пленки и бесплатные смс.

мы все чаще говорим о старости, играем в карточные игры в редкие вечера и ужинаем со скидкой в 50%, пока все вокруг женятся наперегонки. мне 21, и я по-прежнему не знаю, чего стою в этой крохотной вселенной с большой буквы "Л".

winter-sprinter


этот отчет такой затянувшийся, что его можно смело жевать вместо хвойной смолы или орбита.






пожеватьCollapse )